Российская экономика переживает сочетание факторов, которое всё чаще сравнивают с «идеальным штормом»: повреждения НПЗ в результате атак, снижение производства топлива и одновременное падение мировых цен на нефть.
Дроны и топливный рынок
Массовые атаки беспилотников серьёзно снизили производство бензина и моторного топлива. По отраслевым оценкам, в июне выпуск топлива упал примерно на четверть по сравнению с прошлым годом и с мартом 2026 года. Это вызвало рост цен на бензин, локальные дефициты и финансовые потери нефтеперерабатывающих компаний.
Почему бюджет пока не испытывает полного удара
Влияние сокращения переработки на федеральный бюджет оказалось менее сильным, чем можно было ожидать. Дело в налоговой схеме: основные поступления формируются за счёт налогов на добычу нефти, а не на её переработку. Поэтому часть сырья перенаправляют на экспорт, и общая добыча остаётся относительно стабильной.
Разблокирование Ормузского пролива и давление на доходы
После возобновления транзита через Ормузский пролив мировые цены на нефть быстро отскочили к уровням до начала ближневосточной эскалации. Именно это падение цен наносит более серьёзный и устойчивый ущерб нефтегазовым поступлениям в государственную казну.
Дополнительным фактором остается риск нового раунда санкций: звучат сигналы о возможном ужесточении ограничений в отношении нефтяного экспорта, что может усилить давление на доходы.
Варианты ограничений экспорта и их эффект
Некоторые эксперты предлагают жёстче ограничивать возможность обхода санкций — в том числе через усиление проверок и контрольных мер в тех местах, где проходит так называемый «теневой флот». Полная блокада выглядит маловероятной из‑за риска эскалации, но более частые досмотры, задержания и крупные штрафы могут заметно увеличить издержки обхода ограничений и сократить доходы, используемые на внешние операции.
Вывод
В совокупности удары по НПЗ, логистические сложности и падение мировых цен создают для российской экономики серьёзный вызов. Даже при относительно стабильных налоговых поступлениях на горизонте сохраняются риски для доходной части бюджета и для работы топливного рынка.
