Государство изымает активы у миллиардеров — на примере владельца «Русагро»

Кратко

Вадим Мошкович, совладелец крупного агрохолдинга «Русагро», оказался в числе наиболее заметных предпринимателей, у которых государство отобрало созданный бизнес. Его состояние оценивают примерно в $2,9 млрд, а предъявленные обвинения в коррупции привели к потере контроля над активами.

Волна национализаций усилилась с 2022 года. По оценкам, возбуждено более 100 дел, а изъятые активы превышают 6,5 трлн руб. Усиление практики связано с расширением применения антикоррупционных механизмов и ростом бюджетных потребностей.

Некоторые предприниматели пытались добиваться вмешательства руководства страны, но в отдельных случаях получили отказ. Вместо этого часть бизнесменов старается снизить риск путем крупных безвозмездных перечислений в бюджет.

По имеющимся сведениям, на закрытых встречах предлагались крупные пожертвования: один из влиятельных участников обсуждал перевод порядка 100 млрд руб., а совокупные добровольные перечисления со стороны бизнес‑структур составили около 220 млрд руб.

В октябре 2024 года Конституционный суд дал толкование, которое упростило применение закона о противодействии коррупции. Теперь изъятию подлежит имущество, приобретенное или улучшенное с нарушением антикоррупционных запретов.

Связь крупных бизнесменов с государством делает их уязвимыми: даже бывшие чиновники и лояльные предприниматели могут столкнуться с последствиями спустя годы после ухода с должностей. Эксперты отмечают, что сочетание стимулов и рисков служит инструментом удержания элиты в зависимости от центра власти.

Кого затронула волна изъятий

• «Русагро» — крупный агрохолдинг с годовой выручкой около 500 млрд руб.
• Автодилер «Рольф»
• Челябинский электрометаллургический комбинат
• «Южуралзолото»
• Зерновой трейдер «Родные поля»
• Оператор складов Raven Russia
• Аэропорт «Домодедово»
• Порты Петропавловска‑Камчатского, Мурманска и Калининграда
• Макаронный концерн «Макфа»
• Группа «Ариант», в том числе винодельня «Кубань‑Вино»

За последние три года у частных владельцев изъяли более 800 предприятий, включая крупные промышленные, аграрные, транспортные и инфраструктурные активы. Эти процессы существенно меняют правила игры на российском рынке и повышают неопределённость для бизнеса.